Единственный ребенок (2024)

Ричард заезжает к отцу, который остался один после потери жены, и первым делом замечает, что дом превратился в какое-то странное подобие склада. Повсюду лежат вещи, назначение которых уже давно забыто, а сам Кен, кажется, совсем не замечает беспорядка. Сын решает, что пора вмешаться и взять быт под контроль, но план проваливается почти сразу. Кен привык жить по своим правилам, отчаянно сопротивляется любым переменам и вообще не понимает, зачем ему нужна какая-то помощь. Попытки Ричарда навести уют приводят к тому, что в доме случается одна нелепость за другой: то техника отказывается работать, то всё содержимое шкафов оказывается на полу. Это постоянное перетягивание каната между желанием позаботиться и упрямым нежеланием принимать заботу делает их встречи неловкими, но удивительно живыми. Ричард ловит себя на мысли, что сам начал путаться в простых вещах, пытаясь переустроить привычный мир отца, который, возможно, и не нуждается в глобальных правках, чтобы оставаться собой.